Сверкающая
звездами ночь и попутный ветер благоприятствовали "Дакоте-3", когда она
начала мягко снижаться в направлении Майами. Слегка накренив нос,
самолет увеличил скорость на несколько узлов, и стрела альтиметра
медленно двинулась по шкале в обратную сторону. Пассажиры, которые
возвращались в Штаты после рождественских каникул, проведенных в родном
Пуэрто-Рико, весело распевали "Мы трое королей", а стюардесса разносила
печенье и пунш. Командир Р. Линквист четко произнес в ларингофон:
- Майами, говорит борт 16002. Прием.
- Борт 16002, говорит Майами, продолжайте.
- 16002 подходит к Майами из Сан-Хуана, Пуэрто-Рико. Нахожусь в 50
милях южнее, все в порядке, вижу город. Сообщите данные для посадки.
Прием.
- Ноль, ноль два, продолжайте подход, сообщите, когда увидите
аэропорт. Ноль, ноль, два, говорит Майами. Сообщите, слышите ли вы
меня. Прием... Борт 16002, говорит Майами. Вы меня слышите? Отвечайте.
Прием...
Но самолет 16002 так и не ответил в то раннее утро 30 декабря
1948 года на вызов аэропорта Майами. Так же, впрочем, как не
откликнулся он на вызовы Нового Орлеана, Сан-Хуана и береговой охраны.
Начались энергичные поиски. Десятки судов прочесывали море, самолеты
просматривали поверхность. Погода была идеальная, вода мелкая, так что
все мало-мальски крупные предметы четко просматривались. Но никаких
следов "Дакоты-3" обнаружить не удалось. В рапорте министерства
гражданской авиации осторожно говорилось: "В данном случае достаточная
информация для определения вероятной катастрофы отсутствует".
