07.12.2016  23:15  Среда     16+
Главная » Дата добавления: 07.12.2012 » Голоса при засыпании - научное трактование.
Добавил: FasolInka
Голоса при засыпании - научное трактование.
В.И. Лебедев УЛЫБКА ЧЕШИРСКОГО КОТА
“Нередко со мной происходят странные явления. Когда я ложусь спать, то при свете ночника в постели с открытыми глазами начинаю видеть, как оживают рисунки на обоях. Они как бы выходят наружу, становятся объемными и даже шевелятся. В другой раз на обоях появляются разные рожицы, а иногда и чертики с рожками. Они скалят зубы, подмигивают, высовывают языки”.
“Однажды утром я проснулась и в открытую дверь, ведущую в коридор, увидела отчетливо повешенным моего отца. Я страшно испугалась. Но оказалось, что это на вешалке висел его плащ. В другой раз, тоже утром, увидела, как из шифоньера вышел незнакомый мужчина. Не успела закричать от страха, как видение исчезло”.

Из писем читателей

Необычные психические видения, о которых рассказывается в этих письмах, возникают в период засыпания или пробуждения. Эти видения называются гипнагогическими представлениями (гипнагогический — от греч. вызванный сном), которые появляются в дремотном состоянии. Сразу надо сказать, что гипнагогические представления бывают и мистического характера. Примером может служить рассказ верующей Н.: “В комнате полусвет-полутьма; влево от меня стоит совсем близко фигура, неплотная и телесная; шириной, как человеческая; закрыта черным сукном с пелериной, как с крыльями; головы и лица не видно. Чувствую, что меня охватил ужас, схватываю Евангелие и кресты — сатана не исчезает; читаю молитву — обет, встряхиваю головой, сатана исчез”.

Но вернемся к гипнагогическим представлениям, попытаемся объяснить причины их возникновения. У первого космонавта Юрия Гагарина при проведении различных исследований (в сурдо- и барокамерах, при парашютных прыжках и вращениях на центрифуге) была обнаружена высокоразвитая способность расслабляться даже в короткие паузы, отводимые для отдыха. Он мог заснуть, не успев донести головы до подушки, самостоятельно, как от толчка, проснуться в заданный срок и сразу же включиться в работу.

В отличие от космонавта № 1, не все люди так быстро засыпают и пробуждаются. У них при засыпании объекты реальной действительности начинают все менее и менее отчетливо восприниматься, как бы растворяются, и человек погружается в сон. При пробуждении — наоборот. Сонные грезы еще задерживаются, и человек постепенно начинает воспринимать окружающий мир.

Две формы пробуждения и засыпания можно сравнить с волшебной способностью Чеширского кота из сказки Льюиса Кэрролла “Алиса в стране чудес”. Помните, волшебный кот мог появляться и исчезать, когда ему вздумается. Иногда он делал это постепенно: исчезал плавно, и последнее, что оставалось от него, это была его улыбка, которая в виде “остаточного свечения” еще какое-то время “висела” в воздухе.

В просоночном состоянии реальная действительность не просто исчезает, “растворяется”. Правда, еще какое-то время она доходит до сознания, но воспринимается уже извращенно, смешиваясь с сонными грезами. Этот переход детально описал Л. Н. Толстой в романе “Война и мир”.

Пятнадцатилетний Петя Ростов находится в партизанском отряде Денисова. Он только что вернулся из разведки и дремлет, сидя на фуре. “...Ожиг, жиг, ожиг, жиг...— свистела натачиваемая сабля (казаком Лихачевым.— В. Л.). И вдруг Петя услышал стройный хор музыки, игравшей какой-то неизвестный, торжественный гимн... Музыка играла все слышнее и слышнее. Каждый инструмент, то похожий на скрипку, то на трубы — но лучше и чище, чем скрипка и трубы,— каждый инструмент играл свое и, не доиграв еще мотива, сливался с другим, начинавшим почти то же, и с третьим, и с четвертым, и все они сливались... то в торжественно-церковное, то в ярко-блестящее и победное”.

Музыкальные образы возникают сами собой. В этом смысле они похожи на сон. Но Петя еще не спит, он дремлет, и поэтому он еще может управлять течением образов. “Он попробовал руководить этим огромным хором инструментов. “Ну, тише, тише, замирайте теперь”. И звуки слушались его. “Ну, теперь полнее, веселее. Еще, еще радостнее”. И из неизвестной глубины поднимались усиливающиеся, торжественные звуки”.

Именно в промежуточной фазе между бодрствованием и сном, а не во время сна можно наблюдать изолированные четкие восприятия, не сложившиеся еще в сновидения. Они не сопровождаются чувством чужеродности, навязчивости и не ведут к пробуждению. Обычно образы, возникающие в дремотных состояниях, из-за их скоротечности не запоминаются. Их можно регистрировать, выработав навыки самонаблюдения и постепенного “ступенчатообразного” засыпания и пробуждения.

Вот одно из самонаблюдений психолога А. М. Халецкого, который посвятил несколько десятилетий изучению особенностей дремотного состояния сознания: “Стараюсь преодолеть сонливость, непрерывно наблюдая за ходом своих мыслей, за зрительными и слуховыми восприятиями. Как обычно, упускаю момент нарушения сознания. Восстанавливаю в памяти только что виденное. В светлом пятне, точно в облаке, появилась фигура, совершающая прыжок. В этот момент я знал, что фигура прыгает со стены или крыши третьего этажа. Само здание мысленно виделось под прыгающей фигурой. Хорошо помню, что видел здание, хотя взгляд не был на него направлен. Еще через 2 минуты вижу ноги мальчика в высоких чулках и шароварах желтого цвета (туловища не вижу). После сделанной записи вижу знакомую женщину, неподвижную, как портрет. Я исследую ее давление крови. На столе яблоко, то самое, что ел за полчаса до сна”.

Появление гипнагогических представлений И. П. Павлов объяснял развивающимся торможением в клетках коры полушарий головного мозга при засыпании, которое нарушает обычное для состояния бодрствования соотношение сигнальных систем в пользу первой. Это проявляется в оживлении представлений (часто они достигают степени непосредственных впечатлений), в то время как в бодрствующем состоянии хранящиеся в памяти образы тормозятся второй сигнальной системой.

При постепенном пробуждении сонное торможение “покидает” кору полушарий головного мозга, после чего появляется отчетливое восприятие окружающего мира и ясное понимание происходящего. В самонаблюдении психофизиолога Ф. П. Майорова, много лет изучающего сон и сновидения, можно отчетливо проследить этот процесс:

“Проснулся рано утром и поразился тому, что в комнате около зеркального шкафа стоит какая-то девушка. При внимательном разглядывании объекта иллюзия моментально исчезла: на высоком стуле висели дамский жакет и шляпа, а ножки стула были приняты за ноги девушки”.

При насильственном пробуждении в просоночном состоянии может иллюзорно восприниматься человек, который будит спящего, или его голос. И опять откроем ; страницы романа Л. Н. Толстого: “Все соединилось?— сказал себе Пьер.— Нет, не соединить. Нельзя соединить! мысли, а сопрягать все эти мысли, вот что нужно! Да, сопрягать надо, сопрягать надо!” —с внутренним восторгом повторил себе Пьер, чувствуя, что этими словами выражается то, что он хочет выразить, и разрешается весь мучивший его вопрос.
— Да, сопрягать надо, пора сопрягать.
— Запрягать надо, пора запрягать, ваше сиятельство! Ваше сиятельство,— повторил какой-то голос,— запрягать надо, пора запрягать...” Это уже был реальный голос кучера., который наслоился на сонную мысль Пьера при пробуждении.

Герой романа Л. Толстого, вспоминая свои просоночные рассуждения, знал, что они были впечатлениями этого же дня, и в то же время был убежден, что кто-то вне его говорил ему о них. Никогда наяву, как ему казалось, он не мог так ясно выражать свои мысли.

Для раскрытия механизмов просоночных состояний эвристическую роль сыграла запись биотоков мозга — электроэнцефалография, впервые примененная на людях в 1929 году австрийским психиатром Гансом Бергером. Выяснилось, что биотоки бодрствования резко отличаются от ритмов сна. А в 1937—1938 гг. английские ученые Лумис, Хорвей, Хабарт, Девис попытались систематизировать и описать электроэнцефалографические кривые сна. Надо отметить, что работа была настолько добротна, что за последние годы в их классификацию вносились лишь несущественные дополнения. Ученые выявили, что засыпание происходит как бы по ступенькам различных стадий сна /I — расслабленное бодрствование; II — дремота; III — сон средней глубины; IV — глубокий сон). Если в начальный момент засыпания (расслабленное бодрствование) преобладают колебания так называемого альфа-ритма (8—13 колебаний в секунду), то с углублением сна появляются колебания тета-ритма (4—7 колебаний в секунду) и дельта-ритма (0,5—3 колебания в секунду). За каждой картиной биопотенциалов мозга стоят реальные гипнотические фазы, о которых мы уже говорили. Пробуждение идет ступенчатообразно, только теперь в обратном порядке. Более подробно о стадиях сна можно прочитать в научно-популярной книге советского профессора А. М. Вейна “Бодрствование и сон”.

Скорость спуска и подъема по этим ступенькам зависит как от индивидуальных особенностей человека (темперамент и др.), так и от различных внешних причин. Так, например, когда увеличивается время пребывания в условиях сенсорной изоляции, ритм сна — бодрствования нарушается, что приводит к “застреванию” той или другой гипнотической фазы на какой-либо из ступенек.

Здесь необходимо сказать, что при развитии гипнотических фаз могут появляться гипнагогические представления, которые, как правило, бывают скоротечны и человеком забываются. При нарушениях же процесса засыпания они как бы попадают “в поле внимания” и оставляют глубокий след в памяти. Для иллюстрации приведем выдержки из дневников двух испытуемых, проходивших исследование в условиях сурдокамеры.

Испытуемый Б.: “Только начал “проваливаться” в бездну сна — вновь эта музыка. Теперь я более внимательно начал прислушиваться к ней. Это была какая-то заунывная, довольно приятная мелодия, очень похожая на японскую музыку, которая то уходила на очень высокие ноты, то опускалась на самые низкие. Причем ее характер был какой-то неземной; она походила на ту музыку, которую сейчас воспринимают как космическую, или же ту, которую представляют в виде красок и изменения гаммы цветов... В следующий раз (через день или два) эти слуховые галлюцинации я нашел схожими с органной музыкой в помещении с хорошей акустикой... Мелодия была торжественная и очень, очень близкая моему сердцу. В следующий раз у меня в органную музыку влились голоса хора мальчиков — мелодичные, высокие, переходящие даже на пискливые тона. Честно говоря, я не очень люблю голоса мальчиков, а выступление хора Свешникова у меня всегда ассоциируется с чем-то неполноценным. А тут музыка вызвала у меня довольно положительные эмоции, хотелось ее все время слушать, слушать и слушать... Но сон, вероятнее всего, прервал это наслаждение...”

Испытуемый Т.: “Уже целый месяц я слышу в нашей абсолютно звуконепроницаемой камере по ночам, в полной тишине, голоса, музыку, пение Козловского, хор, визг, завывание, возню животных в вентиляционной трубе... Я лежал с открытыми глазами, стараясь отогнать звуковые привидения,— ничего не получилось”. Такие необычные психические состояния, возникшие у испытуемых при переходе от бодрствования ко сну, и были обусловлены “застреванием” парадоксальной и ультрапарадоксальной гипнотических фаз. То, что музыкальные образы развились на фоне указанных гипнотических фаз, подтверждалось не только записями биопотенциалов мозга, но и характером гипнагогических представлений.

В обычных условиях органная музыка и хор мальчиков у испытуемого вызывали только отрицательные эмоции. Появление их в период засыпания говорит об оживлении “нежелательных”, заторможенных, но становящихся парадоксально приятными музыкальными образами. О развитии ультрапарадоксальной фазы в период засыпания наиболее отчетливо говорит следующая запись В.: “Но вернусь к моему сну. Эти странные явления со слуховыми галлюцинациями (иначе я не могу назвать) продолжаются по-прежнему. Вот вчера, засыпая, я опять услышал органную музыку на тему русских народных песен в такой фантастической вариации, что просто поразительно, как можно выдумать такие музыкальные образы. Затем все это перешло в траурную песню... В конце в музыку влились голоса мальчиков, и на душе стало так блаженно, что просто диву даешься. И это от такой-то песни!!! Вот же чертовщина какая напала на меня”.

Несмотря на то, что эти представления были непроизвольны, мы относим их к гипнагогическим, так как они вызвали у испытуемых критическое отношение.

В большинстве случаев галлюцинации возникают при нервно-психических заболеваниях. Но они могут появляться и у здоровых людей при выраженной тревожности и других эмоциональных состояниях. Их можно вызвать и специальными приемами. Одним из них является лишение сна.

Лишение сна в наши дни используется наиболее реакционными режимами ряда государств как средство получить сведения у политзаключенных, а также для того, чтобы сломить их психику. Вот что рассказал член ЦК Португальской коммунистической партии Педро Соариш, когда он вышел на свободу после свержения фашистского режима: “Меня беспрерывно мучили тем, что не давали спать. Охраняемый агентами, я не мог ни днем, ни ночью сомкнуть глаз. Комната была залита убийственно ярким электрическим светом. При малейшей попытке заснуть или задремать мои сторожа стучали ящиком стола или швыряли на пол пепельницу. На третьи сутки я стал ощущать первые результаты длительной бессонницы, хотя и не терял еще над собой контроль. Мне стало казаться, что на полу стали появляться трещины и темные пятна, что тут и там летают насекомые. Фигуры охранников я видел как бы сквозь стекло, которое резко уменьшало их размеры. Мне чудилось, что из соседних комнат до меня доносятся крики других заключенных. Какие-то шаги и шум, сопровождающие истязание”.

Воздействие лишения сна на психическое состояние человека изучалось и учеными в различных лабораториях многих стран мира. В нашей стране для выяснения сохранения работоспособности человека в аварийных ситуациях лишение сна изучалось О. Н. Кузнецовым в сочетании с одиночеством и тишиной при длительном пребывании в сурдокамере. Одиночество в сурдокамере и лишение сна взаимно потенциировались и довольно быстро вызывали гипнагогические галлюцинации даже у прошедших специальный отбор молодых людей. Вот как описывает это состояние испытуемый Г., участвовавший в опытах по лишению сна продолжительностью 74 часа: “В конце режима непрерывной деятельности я обнаружил такую способность. Сел я в кресло, в углу шумит вентилятор... и мне почудилось, что я услыхал какую-то нотку. Нотка эта сразу как-то ассоциировалась с песней “Горизонт-горизонт”. По сути дела, там шум какой-то, а я в этом шуме начал прослушивать песню “Горизонт”... Вот так же мне показалось, что я через вентилятор слышу, как тихонько играет приемник...”

Если мы присмотримся к деятельности мистиков, то увидим, что для вызывания галлюцинаторных переживаний мистического характера они нередко используют бессонницу. Для этого они прибегают к изнурительным молитвам в ночное время. В состоянии измененного бессонницей сознания они умело в проповедях и других формах вводят нужную для них информацию, которая воспринимается без критического анализа.
Просмотров: 7166 | Добавил: FasolInka | Рейтинг: 5.0/5
Всего комментариев: 2
avatar
2
Музыкальные образы возникают сами собой.

Наверное это так.
Был у меня опыт "слушания музыки без исполнителя". Как-то лет 20 тому назад, переехал я временно в другой город. Намаялся с переездом, вернее с организацией оного, жуть как. Сижу вечером в пустой квартире, из вещей только дорожная сумка и матрац на полу. И нету у меня ни водки ни стакана под рукой((, а отдохнуть-то надо. Вот и решил я косячек забить, забил значит, пыхнул. Лег на матрац и вдруг начинаю слышать музыку, сперва из далека доносящуюся, потом все ближе... слушаю, такая очень качественная рок композиция. Начинаю соображать что музыке не от куда взяться. Преодолеваю кумар и понимаю что это мой мозг уличные звуки в музыку преобразует (за окном оживленная улица). Послушал так еще часок-полтора и заснул. Проснулся бодр и весел.


Думаю что с образами, увиденными в дремотном состоянии то же самое. Только в качестве релаксанта выступает не "Бэтти" а дремотно-расслабленное состояние.

avatar
1
Иногда перед сном слышу в голову свое же имя произнесенное женским голосом. Понятия не имею, что это такое.

Имя *:
Email:
Подписка:1
Код *: